Кавказ. Выпуск XXIII. Родословное древо тюрков - Абул-Гази Багадур-хан

в Хиве убил Менглиш-бия. Ходжам-кули не медля послал бежавшего к нему из Гезараспа ходжу к Абдудлах-хану. Абдуллах-хан, разведав от него об этом, дал приказ Ходжам-кули: «Иди к Ургенджу, и я сам иду туда вслед за тобой». Баба-султан узнал, что неприятель, подходивший к воротам Хивы и убивший Гамзе-султана, был отряд из войска Ходжам-кули. В ту же ночь Ходжам-кули отправился на Хаджий-Мохаммед-хана. Младший сын Хаджий-Мохаммед-хана, Мохаммед-кули-султан, был юноша храбрый в битвах с врагом, искусный стрелок, бойкий и умный; он сказал своему отцу: «Вы со старшим моим братом будете в Ургендже, а я с несколькими человеками пойду к Баба-султану». Он взял несколько человек из ургенджских джагатаев и тюркменов, также несколько ургенджских узбеков из тех, которые Абдуллахом пленниками уведены были в Бухару, а теперь прибыли сюда, в Манкат, для торговли, не предполагая настоящих обстоятельств. Всех человек сот до двух набрал он и выступил с ними на помощь Баба-султану. Он пошел к Гезараспу берегом реки. Когда он подошел к крепости Чилпук, неожиданно встретится лицом к лицу с неприятелем. Оба войска стали одно против другого: неприятелей было более тысячи; предводитель их Ходжам-кули-калмык сделал нападение, и со всех сторон окружил его; он дал приказ не давать спастись султану, но схватить его. Битва была продолжительная. У Мохаммед-кули-султана осталось немного людей, и он сказал: «Если мы будем так биться, то из нас никого не останется; пойдем, ударим дружно одной массой и пробьемся сквозь неприятеля: робкие из нас погибнут, храбрые спасутся». Считая умным такой совет султана, все они ударили на врага: прорвали полки его и пробились через центр его. Мохаммед-кули-султан, ушед от врага, не пошел к своему отцу, но удалился в область Манкат. У одного из главных мирз манкатских, Кюджек-мирзы, младшая сестра взята была Хаджи-Мохаммед-ханом за Мохаммед-кули-султана; потому Мохаммед Кули-султан пришел в дом своего шурина, Кюджек-мирзы. Этот схватил его и отослал к русским; Мохаммед-кули-султан прожил много лет в Руси и там умер. Один из людей, которые вместе с Мохаммед-кули-султаном спаслись в битве с Ходжам-кули, пришел в Ургендж к Хаджий-Мохаммед-хану. Тогда Хаджий-Мохаммед-хан и его сын Араб-Мохаммед-султан бежали из города; они скитались два дня, на третью ночь в одном месте остановились на ночлег. Раздался конский топот; они надели оружие и сели на коней; неприятель настиг их и напал на них, захватил себе половину стана и нукеров, и они спаслись от него с немногими людьми. Поутру, около первой четверти дня, неприятель опять догнал их; они, непрерывно отбиваясь, отступали и еще потеряли половину бывших при них людей; с остальными, непрестанно отбиваясь от неприятеля, успели спастись и уйти в Астрабад. Отселе они перешли к шаху в Газвин.

Абдуллах-хан, подступив к Гезараспу, после четырехмесячной осады взял город и велел убить Баба-султана. При Баба-султане было пятнадцать человек из его нукеров и три человека из ирсарийских тюркменов; прочие все были гезараспские сарты. Покорив город, Абдуллах-хан возвратился в Бухару.

Возвращение Хаджий-Мохаммед-хана и сынов его, Араб-Мохаммед-султана и Сююнучь-Мохаммед-султана в свои владения

В тысяча шестом году гиджри (1597–1598 г. P. X.), в конце года курицы, умер Абдуллах-хан. В начале года пса шах Аббас в Газвине узнал о смерти Абдуллах-хана. Когда он услышал это, дал приказ войску к походу и вступил с ним в Бистам. Хаджий-Мохаммед-хан просил у шаха Аббаса отпуска себе и сказал: «Абдуллах-хан умер, и после него узбеки убьют Абдуль-мумин-хана. Нам в это время надобно быть близ наших владений; многие лица из нашего рода, сделавшись казаками, скитаются в Мавераннегре: кого-нибудь из них народ возьмет и поставит себе государем. В таком случае государство не достанетса нам». У Мохаммед-Ибрагим-султана, сына Хаджий-Мохаммед-ханова, был сын, по имени Бурундук, которому было тогда двадцать лет; его шах Аббас оставил у себя и отпустил Хаджий-Мохаммед-хана и его сына Араб-Мохаммед-султана, с сыном его Эсфендияр-султаном. Эсфендияр-султану было тогда тринадцать лет. После отъезда их персидский шах также отпустил Нурим-хана. Хаджий-Мохаммед-хан прибыл в Астрабад; из него он перешел в горы Кюран к тюркменскому поколению Теке. Не зная, куда ему идти отселе, он в недоумении оставался в этом месте. У обоих, и у отца, и у сына, в это время вся свита состояла только из пятнадцати человек, и хороших и плохих. Была половина месяца июля, дни были знойные; в один такой день они, по совершении утренней молитвы, сидели под тенью горы. На дороге от Даруна зачернелся вдали вид двух всадников; когда они приближались к ним, узнали, что это были два наймана из нукеров Араб-Мохаммед-султана, ездивших в Бухару. Подошедши, они поздоровались с ханом, потом, отступив назад, стали пред ним на колена и сказали: «Абдуль-мумин-хана нет в живых: Всевышний Господь да продлит вашу жизнь!» Хан сказал: «Расскажи, как это было, обстоятельнее». Они отвечали: «Мы приехали из Мерва. Абдуль-мумин-хана, во время его переезда, ночью, под крепостью Замин застрелили беки, служившие при отце его; известие об этом принес в Мерв человек мервского правителя, ушедший оттуда в ту же ночь. Мы отправились в путь, предполагая найти вас в Ираке. В Нисае мы узнали, что шах Аббас вступил в Бистам; в Даруне мы услышали, что вы находитесь у тюркменов, и вот мы теперь пред вашим величеством». Они тотчас отправились в путь и в восемь дней приехали в Ургендж. Хаджий-Мохаммед-хан взял себе Везирь; Араб-Мохаммед-султан взял Хиву и Кат; Гезарасп отдали Эсфендияр-султану. Из узбеков, которых Абдуллах-хан увел пленниками из Ургенджа, все пришли сюда, там из них не осталось ни одного малолетка (углана). Мы выше сказали, что старший сын Халжий-Мохаммед-хана ушел в Рум[93]. Он, когда до него в Руме дошел слух о смерти Абдуллах-хана, перешел в Ширван; здесь он собрал сведения о том, что произошло в его державе. Разведав о всем подробно, сел на корабль и высадился в Мангышлаке, в начале года мыши. Хаджий-Мохаммед-ханово возвращение в свою державу было в год пса, а через два года после того возвратился сюда Сююнучь-Мохаммед. Хаджий-Мохаммед-хан отдал ему Ургендж и Везирь, а сам перешел в Хиву, и жил при втором своем сыне, Араб-Мохаммед-султане. По прошествии одного года Сююнучь-Мохаммед-султан отошел к милосердию Божию. После него остался сын Абдулла; и он, по прошествии года, также ушел вслед за отцом своим. Хаджий-Мохаммед-хан отошел к милосердию Божию в тысяча одиннадцатом году гиджры (1602–1603 7. P. X.), в конце года барса, на восемьдесят третьем году своей жизни.

Царствование Араб-Мохаммед-хана

По смерти Хаджий-Мохаммед-хана возведен на ханство сын его Араб-Мохаммед-хан. Эсфендияр-султану, владевшему Гезараспом, в прибавку отдал он область